Среди украинских экспертов существует определенный консенсус по тому пункту, что сценарий развала Украины уже относится не к предсказаниям, а к реальности, которая может наступить в ближайшем будущем. Такой вывод обосновывается не столько нестабильной политической обстановкой, сколько экономической ситуацией и отсутствием общих ценностей и идей. По мнению аналитиков, реформы в социально-экономической сфере не принесли позитивного результата непосредственно населению Незалежной, а модернизация на западный манер в украинских условиях не заработала. Украина официально признана одной из беднейших стран Европы и самой коррумпированной.
Экономика, по мнению ряда украинских обозревателей, «летит в тартарары». Прибыль предприятий, и как следствие их налоговая база «сжимаются», как и отчисления в бюджет. Заводы, ранее успешно работавшие по российским заказам, останавливаются.
Конфликт на Донбассе, по-прежнему, экономически обескровливает Украину, но Киев не предпринимает реальных шагов для его урегулирования. Похоже, украинская власть рассчитывает, что проблему решат за нее. Но, руководители ЕС, по сути, устранилась от урегулирования ситуации в Украине. Встречи в «нормандском формате» во исполнение «Минска» не проводятся.
Не оправдались и надежды на формирование новых источников пополнения казны, в частности за счет Договора о Зоне свободной торговли с ЕС. Пока он работает только в одну сторону – в сторону Украины т.к. одновременно с ней подписана куча исключений и ограничений для экспорта украинских товаров. В итоге, в Евросоюз Украина вывозит недорогое сырьё, а ввозит - дорогие машины и оборудование, товары широкого спроса. Поэтому, неудивительно, что у нее с ЕС отрицательное сальдо торгового баланса, величина которого растет. Так в 2017 г. оно составило 5,2 млрд долл. - в два раза больше, чем за 2016 г. По итогам девяти месяцев 2018 г. с Германией этот показатель составил минус 3 млрд долл, с Францией - минус 684 млн, Великобританией - минус 219 млн, Австрией - минус 28 млн долл.
Выход же из договора о зоне свободной торговли СНГ привел к тому, что ежегодный экспортный доход сократился примерно на 30 млрд долл. в год и расширение поставок в Европу сырьевой продукции не смогло компенсировать даже части потерь от утраты российского рынка. Такое положение, по оценкам украинских экспертов, вероятно, сохранится и в будущем.
Киев с подписанием соглашения связывал не только существенные экономические и торговые преференции, он также рассчитывал на многократный рост инвестиций в страну из ЕС. Руководство ЕС неоднократно заявляло, что для этого Киев должен избавиться от зашкаливающего уровня коррупции в стране и привести законодательство в порядок, чтобы улучшить инвестиционный климат. Но, к этому сегодня т.е. через три года после вступления в силу экономической части Соглашения, не готовы украинские власти. Так, в начале марта Украину посетила очередная миссия МВФ, чтобы оценить успехи в развитии финансовой системы страны. Терпение ревизоров фонда лопнуло после того, как 1 марта Конституционный суд Украины отменил статью 368-2 Уголовного кодекса об ответственности за незаконное обогащение, хотя активизация борьбы с коррупцией была главным условием еще предыдущего кредитного транша. А, после того, как премьер-министр Украины Владимир Гройсман 15 марта поручил «Нафтогазу» и Минфину договориться с МВФ о новых кредитах без дальнейшего повышения цен на газ, Фонд на следующий день заблокировал транш на 500 млн евро, который должен был поступить в этом месяце.
Но, без новых внешних займов Киев не справится с долговой нагрузкой. Руководитель подразделения по корпоративному анализу ICU Александр Мартыненко оценивает необходимую на текущий год сумму в 7 млрд долл. Кроме того, разругавшись с МВФ, Киев отрежет себе путь на внешние рынки заимствования. Ведь сотрудничество с Фондом заложено в другие программы, среди которых - макрофинансовая помощь от ЕС. Поэтому, по мнению американского рейтингового агентства Fitch «у новоизбранного президента будут крайне ограниченные возможности существенно изменить направление экономической политики страны или отказаться от обязательств по программе сотрудничества с МВФ». В тоже время, как считают многие на Украине, деньги МВФ, ЕС и США не спасут деградирующую экономику, а только подкормят военных монстров и осядут в карманах правящей киевской верхушки.
Ситуация усугубляется тем, что Киев стремительно теряет традиционные источники дохода, в том числе от транзита российского газа в Европу, приносящего около трех миллиардов долларов в год. Недавно стало известно, что с 2020 г. Газпром сократит прокачку газа через Украину как минимум на 17,5 млрд кубометров в год. Значит, на планах «Нафтогаза» по продаже половины газотранспортной системы за семь млрд долл. иностранным инвесторам тоже можно ставить крест.
Свой вклад внес и безвизовый режим, который, как считают теперь представители украинского бизнеса, столкнувшиеся с дефицитом профессиональных кадров, оказался бомбой замедленного действия под экономику Украины. Экономические реалии современной Незалежной вынудили мигрировать лучших специалистов, инженеров и строителей. И теперь нет кадров для подъема экономики. Как следствие, не «евроинтегрированная» Украина, а Польша и Словакия, куда охотно едут украинцы, демонстрирует экономический рост.
В итоге экономической политики, основанной на принципе «угодить Западу, навредить москалям», ВВП, составлявший в 2013 г. 179,57 млрд долл., снизился по итогам 2018 г. до 119,13 млрд долл. или на треть. А, внешний долг, который на конец 2013 г. составлял 65,5 млрд долл., за годы президентства Петра Порошенко вырос на 12,2 млрд долл. и в 2018 г. достиг 76,7 млрд долл. или 64,4% ВВП. Экономика, при таком уровне госдолга удерживается на плаву только западными дотациями.
Но, по требованию внешних кредиторов, прежде всего МВФ, правительство вынуждено повышать тарифы на коммунальные услуги. Цены на электроэнергию для населения увеличились более, чем в три раза, на горячую воду – в 3,3 раза, на газ – почти в 7 раз и планируется их повышение еще на 15% с 1 мая 2019 г.
В результате, счета за квартплату выросли в 3,5 раза, а пенсии снизились с 86 евро до 36 евро. Все больше украинцев еле-еле сводит концы с концами, число граждан за чертой бедности выросло с 12% до 60%. Соответственно таким «достижениям» и оценка населением деятельности Петра Порошенко на посту Президента Незалежной. По итогам социологического опроса группы «Рейтинг», проведенного в конце 2018 г. его деятельность положительно оценили 12%, не удовлетворены - 82%.
Обнищание населения формирует весьма значительный протестный потенциал, а украинские и западные эксперты приходят к печальному выводу, что раздробление страны становится все более реальным.
С учетом слабости и невысокого международного авторитета нынешней киевской власти, представители ряда стран высказывать территориальные претензии к Украине. Основными претендентами на украинские территории выступают Польша, Румыния и Венгрия. Польша претендует на часть Западной Украины — Галицию, на Закарпатье претендует Венгрия, а Румыния мечтает о присоединении Буковины. Во всех данных украинских регионах с конца 90-х годов этими странами проводится активная агитация, выделяются денежные гранты и исследования, целью которых является информационное сопровождение идей автономизации и децентрализации.
Помогают такому развитию событий и «собственные силы». 22 января 2018 г. группа внефракционных депутатов из партии «Свобода» и партии «Национальный корпус» зарегистрировали законопроект № 7521 «О правопреемстве Украины относительно Украинской Народной Республики», принятие которого может повлечь за собой распад Украины, так как границы УССР и УНР не совпадают. Дело тут в том, что у государства Украина существует ряд проблем с юридическим закреплением границ на международном уровне. Демаркация восточной границы Украины с Россией до настоящего времени так и не состоялась, а западная граница была определена в 1975 г. в Хельсинки международно-правовым актом, окончательно утвердившим итоги Второй мировой войны и закрепившим территориальные границы СССР (в том числе входившей в состав Союза УССР). Поэтому отказ современной Украиной от правопреемства УССР создаст более чем нестабильную территориальную ситуацию в регионе.
