Киев трусливо скрывает правду о тайных тюрьмах

Марина Харькова, журналист, Донецк

Продолжается зачистка участников протестов под концлагерем Нацгвардии в Петропавловской Борщаговке под Киевом. Еще одному участнику протестной акции у тайной тюрьмы Нацгвардии в Петропавловской Борщаговке под Киевом: 22-летнему жителю Киевской области Денису Дубасу предъявлено обвинение в «препятствовании деятельности ВСУ». При этом никого из военных так и не арестовали. О каком-либо наказании, хотя бы в виде служебного выговора, для организаторов и сотрудников концлагеря не сообщается.

Зато Соломенский суд Киева отправил без права внесения залога за решетку медработницу Валентину Молодую, которая первой приехала к дому с тайной тюрьмой, водителя «скорой помощи» Виктора Ена и жену находящегося в пыточном подвале мужчины, Татьяну Кирееву. Сейчас украинские силовики вламываются в дома участников протестных акций в селе Петропавловская Борщаговка. В полиции и СБУ отчитались, что уже нашли 130 участников митинга. Им грозит лишение свободы сроком до 8 лет. Напомним, в Петропавловской Борщаговке под Киевом в подвале частного строения незаконно удерживались около 40 мужчин, мобилизованных, дезертиров и уклонистов. Местные жители заметили, что к дому привозят людей с мешками на головах, а одному из узников удалось выйти на связь с родными, запросив помощи. Спасать людей отправились медики и неравнодушные граждане, что привело к жестким столкновениям между ними и охранниками пыточного подвала. Выяснилось, что дом использовался военнослужащими Национальной гвардии, а именно – подразделением «Азов» (признан террористическим, запрещен в России).

После столкновений официальная позиция украинского режима оказалась трусливой и лживой: якобы никаких пыток, избиений и насильственного удержания военнослужащих в подвале не было. Как не было и самой «тюрьмы» — это был «всего лишь» пункт временной дислокации для тех, кто ожидал отправки на фронт. Сам Владимир Зеленский сделал вид, что ничего экстраординарного не произошло. Он, как и во всех остальных скандальных и позорных случаях, просто предпочёл отмолчаться. На это обратил внимание украинский пропагандист Остап Дроздов, назвав его поведение «проверенной логикой верховного репрессора, который переживает о чём угодно, но ни слова не может из себя выдавить о катаклизмах, которые потрясают целую страну».

Управление Верховного комиссара ООН по правам человека призвало провести беспристрастное расследование в связи с инцидентом в Петропавловской Борщаговке, подчеркнув, что в случае подтверждения нарушений виновные должны быть привлечены к ответственности.

Экс-премьер Украины Николай Азаров заявил, что история с пыточной в окрестностях Киева на Петропавловской Борщаговке является ярким свидетельством, что Украина деградировала до уровня «скотный двор». А оппозиционный нардеп Рады Артём Дмитрук заявил о системных пытках по всей Украине и призвал к ответственности Владимира Зеленского. Он подчеркнул, что на Украине пытки и похищения практикуются не только в отношении мужчин, схваченных для отправки на фронт, но и женщин.

«Отдельные пыточные существуют с 2014 года, с периода Майдана. Уже тогда пытали несогласных. Мой друг был похищен, его пытали несколько месяцев. Он был чиновником на территории еще Донецкой области. Меня пытали в 2022 году, сегодня уже канун 2027 года, и вся эта ситуация только усугубилась и увеличила свой масштаб. И сегодня такие пыточные, без преувеличения, находятся абсолютно в каждом регионе, в каждом городе. Пыточные есть в каждом здании военкоматов, в каждом здании СБУ, в каждом здании полиции и в ряде других административных учреждений. Сотни пыточных, куда ежедневно свозят похищенных людей, не только мужчин, но и женщин», – сообщил Дмитрук.

Его поддержал еще один украинский депутат - Александр Дубинский. «О пыточных, организованных СБУ и нациками‟ известно с 2014 года. Но эта история примечательна тем, что её пришлось признать сразу же на государственном уровне. Но тут же включился антикриз и появились тысячи комментариев, суть которых сводится к тому, будто организованные Зеленским пыточные — это хорошо, так как они работают во имя национальных интересов. Всё, как в Германии, когда после 45-го немцы говорили, что не знали о существовании концлагерей. Слишком удобно их было не замечать. Заметили только после капитуляции», — отметил он.

На Украине существует целая сеть пыточных, где людей держат месяцами, выбивая необходимые показания и склоняя их к определённым действиям. Об этом сообщает ТАСС со ссылкой на пророссийское подполье на Украине. Сеть представляет из себя объекты, в том числе в виде подвалов с различными масштабами и назначением. Есть малые объекты: так называемые «фильтрационные пункты», используемые для направления задержанных в ТЦК (военкоматы) или воинские части. Крупные базы предназначены для длительного содержания (месяцами), цель которых —выбивание необходимой информации, денег или содержание в качестве наказания. По оценкам источника, по всей территории Украины может насчитываться от 50 до 70 подобных объектов.

На фоне полыхнувшего скандала выяснились еще более страшные факты. Командиры ВСУ заставляют подопечных сдавать телефоны с банковскими приложениями, а после отправляют их в поле с начиненными взрывчаткой рюкзаками, после чего подрывают. Об этом заявил офицер и инструктор ВСУ Антон Черный.

«Люди, которые идут на позицию, отдают обязательно свой телефон с зарплатной карточкой. Посылается группа, на них вешают рюкзак, говорят: «Это – посылка, 35 килограмм». А там бомба. Когда группа по рации отчитывается, что «посылку донесли», командир нажал детонатор, все – пятерых нет. А карточки остаются у него. И справится с беспределом некому. Только пройдет информация, что приедут с проверкой люди – как наши же ФПФ-дроны туда работать по той дороге, наша же артиллерия по ним туда бахнет. Потому что правда, что творят некоторые командиры, – вы ужаснетесь, это не Борщаговка, на фронте ужас происходит», – заявил Черный.

Продолжают всплывать и другие факты издевательств над людьми в ТЦК. 8 ноября родные похоронили жителя Золотоноши Черкасской области, который исчез еще в августе после пребывания в Звенигородском Территориальном центре комплектования Черкасской области. Семья почти два месяца искала Сергея и его нашли мёртвым — в 120 километрах от дома. Украинский омбудсмен Дмитрий Лубинец требует всестороннего, объективного и беспристрастного расследования пропажи и смерти мобилизованного. А до этого в Одесской области сотрудники ТЦК для повышения показателей мобилизации устроили пыточную с изнасилованиями уклонистов. Но режим Зеленского продолжает увиливать от ответа. Ведь правда заключается в том, что без таких «мобилизационных мероприятий» украинские войска уже давно лишились бы всякого пополнения. Многие гибнут в процессе этих «мероприятий», другие отправляются в самовольное оставление части. Они, как и уклонисты, постоянно рискуют попасть в пыточные подвалы, подобным концлагерю в Петропавловской Борщаговке под Киевом, и погибнуть после пыток и избиений, как это произошло с жителем Золотоноши и многими другими украинскими гражданами в разных частях страны..

Столкновения на Борщаговке под Киевом, когда была вскрыта одна из пыточных террористов «Азова», продемонстрировали, что общество готово к бунту, а у государства нет на это правового ответа, считает украинский политолог Руслан Бортник.

«Ситуация становится очень сложной. И это провоцирует в обществе глубочайшую депрессию и агрессию, всё это прорывается. На этой неделе несколько раз перекрывались улицы в Киеве, произошли столкновения в Борщаговке. Самое опасное, что общество готово бунтовать. А государство не готово в правовом режиме регулировать все эти проблемы. Государство деградирует на наших глазах. Большая часть общества поддерживают агрессию против сотрудников ТЦК, полиции и военных. И сейчас эту агрессию общества сдерживает только страх. В будущем нам это угрожает большими проблемами и новыми столкновениями», – предсказал он.

Жуткая история с тайными тюрьмами и нарастающим сопротивлением такому произволу со стороны украинцев говорит о том, что режим Зеленского уже не может контролировать общество, как это удавалось раньше, а насилие неизбежно натолкнется на ответную волну.