Игорь Николайчук, Центр специальных медиаметрических исследований
По моему личному мнению, недруги Владимира Зеленского отнеслись к его популистскому заходу про легализацию каннабиса в Незалежной с излишним пристрастием. Информационный повод – так себе. Все эти разговоры тянутся с 2018 г. Новое заявление сделано в День конституции Украины, который нужен для обозначения верности местных элит западным социокультурным ценностям. Но наши пропагандисты набрали бы больше очков, если бы педалировали не тему наркотического развращения украинской нации, а тему покушения, своего рода мятежа киевского начальства против традиционных культурных кодов.
Господа-товарищи этнографы и культурологи. Давайте вспомним многозначительный анекдот советских вроде бы еще времен. Едут в поезде негр с Ямайки, культурный белый американский студент и наш украинец. Разговор зашел о наркотиках. Ямаец выкурил косячок, американец ввел в вену дозу. Стали расхваливать «результаты» и «последствия». Тарас Григорьевич демонстрирует явный скепсис. Запахло конфликтом. Тогда наш украинец достал заветную холстинку, развернул. А там – вот он – таинственный для иноземцев продукт в соли и чесноке. Чуть розовеет на срезе и благоухает! Немой вопрос. Ответ: «Хлопці, ось це справжній наркотик. Я тільки від нього і балдію».
Для нас, специалистов по политической медиагеографии и медиаметрии, весьма интересно посмотреть на реакцию жителей различных регионов на объявленные перспективы марихуанизации страны в сравнении с интересом к любимому украинцами салу. Мы зафиксировали в 16:00 28 июня резкий всплеск относительной популярности запроса по теме «марихуана-биологически активные вещества» среди украинских интернет-пользователей поисковой системы Google, но на недельном интервале популярность этого запроса и запроса по теме «сало-пищевой продукт» сравнялись.
Конопляный ньюсмейкинг Зеленского четко обозначил разделение оставшихся в Украине регионов и регионов, вошедших в РФ, по линии «марихуана-сало». Сало, как и следовало ожидать, малоинтересно в местах компактного проживания этнических евреев (Одесса, Киев и даже Киевская область). Страстью к «белому золоту» пылает срединная Западная Украина (Ровенская, Тернопольская, Волынская, Хмельницкая области). Там марихуана никому не нужна. В «полуевропейских» областях (Львов, Черновцы и пр.) интерес, как говорится, фифти-фифти. Заявления Зеленского по поводу легализации каннабиса в пропагандистско-политическом контексте вызвали резонанс в российских и «российско-ориентированных» регионах: Крым, Харьковская область, ДНР, ЛНР, Кировоградщина, Днепропетровск, Севастополь. Здесь в тренде такие запросы, как «Зеленский», «медицинский каннабис что это», «марихуану легализовали на Украине». А вот «салофанатики» спрашивали еще и про «день сала в Украине», «картоплю по-селянски», «сало в луковой шелухе». Чувствую, хватит!!!!
А вообще, на интервале в 12,5 лет (с 2010 г.) на Украине наблюдались странные тенденции интернет-поведения. Если сначала относительный интерес в паре «марихуана-сало» был уравновешен, что можно интерпретировать как активный «поиск европейской идентичности», то потом сало начало триумфальное шествие по Сети и загнало «легкий наркотик» в маргинальную информационную зону. Так что нынешние потуги киевских властей представить, что «у нас с наркотой будет все как в Европах», мало кого уже волнуют. Функционеры просто играют очередной эпизод в фильме политических ужасов.
Но не все так просто, как кажется.
У марихуанской эпопеи есть (или может быть есть) экономический подтекст. Ведь что сказал Зеленский: «Лучшие мировые практики, все наиболее эффективные политики, все решения, какими бы сложными или необычными они ни казались для нас, должны быть применены в Украине, чтобы всем нашим гражданам — украинцам и украинкам — не пришлось терпеть боль, стресс и травмы из-за войны. В частности, мы должны наконец честно легализовать для всех, кто этого требует, лекарства на основе каннабиса». Особо выделим тот тезис, что вся цепочка по производству «лекарств» ‑ от селекции новых сортов конопли до фасовки препаратов для розничной продажи - должна находиться на территории страны. Таким образом, должна возникнуть новая отрасль, которая наверняка будет ориентирована и на привлечение иностранных туристов в местные кофе-шопы для курильщиков, и на экспорт продукции в Европу. В этом есть резон. Если страна разорена войной или экономически несостоятельна, то лучший способ поправить дела - это наладить незаконное или законное производство сырья для наркотиков и его первичную переработку. Когда дела в Афганистане были совсем плохи, американцы всерьез рассматривали вариант «разрешить» выращивать опийный мак, но правительству брать с оборота налоги. Свободолюбивые афганцы не поняли благих намерений. Обошлись без налогов. Но так развернулись, что дестабилизировали Таджикистан, где заварилась кровавая каша гражданской войны из-за наркотрафика, сильно подсадили Россию на опасный героин и превратили Иран в страну массовой (24% населения) наркомании, поскольку опиум, оказывается, не запрещен Кораном. Где гарантии, что металлургические олигархи на Украине не превратятся в наркобаронов? Этот бизнес в десятки раз прибыльней.
Конечно, планы Зеленского имеют такое доброе и гуманное прикрытие ‑ украинцы и украинки не должны терпеть боль, стресс и травмы из-за войны «после победы». Однако по прогнозу Минздрава Украины после окончания войны примерно 15,7 млн украинцам потребуется психологическая помощь. У 800 тыс. из них могут быть серьезные психические расстройства. Половина взрослого населения страны будет на учете в психдиспансерах, а 2% населения будут помещены в психушки. Тут не до каннабиса. Надо развертывать производство смирительных рубашек. Цифры, конечно, лукавые, но что делать. Humanum est mentire. Человеку свойственно лгать.
