Станислав Смагин, политический обозреватель, ветеран СВО
Выражение «хунта», применяемое к нелегитимным или слаболегитимным авторитарно-террористическим режимам, в русском языке обычно используется преимущественно тогда, когда ими руководят военные и силовики (либо они составляют костяк правящей группы). Поэтому данный термин применительно к послемайданному устройству Украину многим казался пропагандистской натяжкой.
Однако натяжка не слишком велика. Военные и силовики действительно играют значительнейшую роль в политическом управлении Украиной. С тем важным уточнением, что на соответствующие должности часто попадают люди изначально гражданские, а кадровые военные, напротив, в тот или иной момент оказываются в чиновничьем кресле.
Яркий пример кульбита второго рода – экс-главком ВСУ Залужный, ставший послом в Лондоне и всерьез примеривающийся (либо примериваемый внешними игроками) к президентскому посту. Вторую же историю идеально иллюстрирует Михаил Федоров, долгое время занимавшийся вопросами инноваций, технологий и цифровой трансформации, а в начале января ставший министром обороны.
Сей уроженец русскоязычного и русскокультурного Запорожья сразу наметил норму в 50 тысяч ежемесячно убиваемых российских солдат для победы над Россией. Убивать их предполагалось прежде всего с помощью дронов – и без того ставшие ключевыми в современной войне «птички» Федоров официально решил сделать фундаментом ВСУ. Сочетание высоких технологий с рациональными бюрократическими планами смертоубийства и установкой количественных показателей заставляет вспомнить известную фразу Герцена про «Чингисхана с телеграфом». Только Федоров, применительно к национально-географическим реалиям, скорее Мазепа/Петлюра/Бандера с KPI и джойстиком.
Украинцы, настроенные на «войну до победного» и Запад, в первую очередь Европа, восприняли назначение Федорова с явной радостью. Ожидалось, что он масштабирует до еще больше уровня феномен «Мадьяра», некогда успешного предпринимателя, ставшего оператором БпЛА, а затем командующим всего беспилотного рода войск. При этом было достаточно понятно – новый министр станет источником не только свежих мыслей и опыта для своего ведомства, но и многомилионных контрактов для близких ему фирм и предпринимателей, каковые контракты будут получаться за счет этого самого ведомства и в ущерб другим расходным статьям.
И этот достаточно очевидный корпоративно-коммерческий интерес молодого управленца, и борьба за власть и полномочия, и банальная лично-профессиональная неприязнь кадрового военного к пришлому выскочке – все это в совокупности стало причиной острого и по большому счету открытого противоборства между Федоровым и главкомом ВСУ Сырским. Симпатии киевского диктатора Зеленского, очевидно, были на стороне Федорова. Но чаша весов склонилась в другую сторону.
Федорову не нашлось места в новом составе кабинета министров. После заявления об уходе с поста, 16 июля он организовал пресс-конференцию, где осветил суть разногласий с командованием ВСУ — прежде всего как раз с генералом Сырским. Как утверждает бывший министр, его ведомство наталкивалось на постоянное противодействие со стороны военных, а само его освобождение от должности стало инициативой главнокомандующего; в тот момент Федоров также настаивал на смене руководства ВСУ. Зеленский подтвердил факт их вражды, пояснив, что коммуникация между Федоровым и Сырским осуществлялась исключительно при его личном участии.
Сырский попытался смягчить кризисную обстановку. Он в соцсетях поблагодарил Федорова за совместную работу, а затем еще и написал объяснительную (в смысле – статью с объяснением происходящего). По словам военачальника, для него «было неожиданностью узнать» о «якобы» конфликте с визави. «Я воспринимал наши отношения как рабочие: со сложными вопросами, с разными позициями. Так и должно быть между двумя институтами во время войны. Если я кого-то чем-то обидел: Михаил Альбертович, извините. Бываю жестким. Но прошу и вас, и всех, кто сейчас с увлечением следит за этой историей: давайте фокусироваться не на личном, а на глобальном. Войну выиграет реальная работа, а не публичная драма вокруг нее», - высказался Сырский.
Не помогало. Многие западные СМИ еще до отставки яростно поддерживали Федорова: The Economist представлял Федорова л в образе прогрессивного реформатора и новатора в структурах ВСУ, издание Politico подчеркивало, что его антикоррупционные инициативы натолкнулись на противодействие со стороны Сырского, а газета Le Monde указывала на то, что бывший министр вызывает у украинского общества гораздо больший симпатию, нежели главком украинской армии. После ухода Федорова комментарии еще более ужесточились. Кроме того, в ряде крупных украинских городов прошли акции в поддержку Федорова, с осуждениями Сырского и Зеленского и традиционными обвинениями Банковой в «работе на Россию».
Киевскому диктатору под внешним и внутренним (впрочем, тоже во многом внешне обусловленным) давлением пришлось вновь разворачиваться на 180 градусов – он уволил Сырского и назначил на его место генерал-майора Драпатого. Новый главком известен тем, что, как и Федоров, открыто конфликтовал со своим предшественником, в 2014-м году давил бронетехникой на улицах Мариуполя антибандеровских повстанцев, а в 2021-м встал на колени перед послом посол Великобритании Мелиндой Симмонс, вручившей ему переходный меч королевы как лучшему выпускнику оперативно-стратегического уровня Национального университета обороны.
«Видимо, Европа вновь дала жестко понять, что нужно политику корректировать. <...> «Сдача назад» в вопросе армии чревата для Зеленского полной потерей контроля над ней, а значит — и над ситуацией в воюющей стране. Судя по состоянию на сейчас, президент все еще пытается маневрировать. Да, он назначил главкомом Драпатого, которого поддерживали Федоров, грантовые круги, протестующие и Запад <…>. Однако Зеленский в своем обращении дал понять, что самого экс-министра обороны на его прежнюю должность переназначать не намерен», - пишет украинское издание «Страна».
Что ж, это традиционная черта если не всех, то очень многих хунт – прозападная в ориентация и ставка на кровавые методы правления и соответствующих исполнителей; в случае с Восточной Европой и постсоветским пространством – еще и русофобия. Драпатый всем необходимым критериям соответствует. «Зеленский заявил, что заменяет генерала Сырского на генерал-майора Михаила Драпатого. Этот выбор, вероятно, обрадовал протестующих, поскольку господин Драпатый публично поддержал господина Фёдорова в его конфликте с генералом Сырским по поводу стратегии ведения боевых действий. 35-летний Фёдоров, выступающий за реформу армии с упором на высокотехнологичные инновации, стал символом надежды для многих украинцев, особенно молодёжи», - сообщает The New York Times, называя кадровую перестановку серьезным шагом Зеленского назад, лишь подтверждающим правоту Федорова.
По мнению The Guardian, «Зеленский надеется, что радикальная перестановка в руководстве армии успокоит протестующих». Немецкие СМИ делают упор на то, что Зеленский оказался в очередной ловушке, она же вилка решений. Die Zeit называет отставку Федорова главным просчетом украинского военного преступника №1. А Die Welt считает, что для Зеленского несостоявшееся (пока?) восстановление экс-главы оборонного ведомства и бывшего (или нет?) соратника в прежнем статусе стало бы столь же ошибочным шагом, как и его предшествующее отстранение.
Разумеется, держат руку на пульсе событий не только журналисты, но и евробюрократы. Еврокомиссар по обороне и космосу Андрюс Кубилюс сразу после отставки Федорова выразил консолидированное общебрюссельское мнение, потребовав от Зеленского «объясниться перед европейцами» - «коалиции желающих» необходимо как можно скорее понять, что будет с помощью ЕС Украине и программой развития беспилотников.
А министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль после замены Сырского на Драпатого решил обсудить с исполняющим обязанности главы МИД Украины Андреем Сибигой произошедшие в руководстве ВСУ изменения. «Германия является и останется одним из крупнейших сторонников Украины — в политическом, экономическом и финансовом плане. Поэтому мы, естественно, очень заинтересованы в том, чтобы знать подробности происходящего там», — заявил Вадефуль, выразив уверенность, что Германия сможет понять принятые Зеленским решения, и надежду – что «процесс реформ на Украине продолжится».
Таким образом, киевская хунта после нынешних перестановок сохранит свой характер, который, собственно, эти перестановки и подтвердили – от ставки на русофобов и военных преступников до западного контроля над принятием ключевых решений.
