Владимир Блинков, экономический обозреватель
В швейцарском Давосе 23 января завершилась 56-я сессия Всемирного экономического форума (ВЭФ). Она проходила в условиях, когда - в результате кризиса прежней системы международных отношений - продвигаемые ранее ВЭФ идеи глобализации потеряли смысл. Отмечу, что организаторы ВЭФ-2026 понимают это и предусмотрительно сформулировали его девиз максимально обтекаемо - «Дух диалога». Этот тезис предлагал обсудить перспективы сотрудничества в более нестабильном мире, позволял участникам сохранить видимость единства в условиях роста разногласий по вопросам мировой экономики и международной безопасности. Основными темами дискуссий стали: сотрудничество в мире, где конкуренция становится все более ожесточенной, перспективы и последствия внедрения систем искусственного интеллекта (ИИ), новые источники роста и инвестиции в людей.
В целом участники констатировали, что мировая экономика входит в фазу умеренного роста при асимметричных рисках. Сценарий ускорения возможен в случае более широкого распространения эффектов от ИИ и технологических инвестиций. Сценарий замедления, по их мнению, связан, прежде всего, с эскалацией торговых конфликтов, геополитической нестабильностью и ограниченностью фискальных инструментов. Именно этот баланс между технологическим оптимизмом и политической уязвимостью и стал фокусом обсуждений.
Одним из самых заметных стало выступление главы крупнейшего в мире фонда по управлению активами – американской BlackRock Ларри Финка. Финк отметил, что кризис доверия к элитам и необходимость менять способ оправдания нынешней модели капитализма выходят сейчас на первый план. И главным испытанием, с его точки зрения, становится революция в области ИИ. По его мнению, «с момента падения Берлинской стены было создано больше богатства, чем за всю предыдущую историю человечества, вместе взятую…, но его большая часть досталась людям, которые приезжают в Давос». И внедрение ИИ угрожает повторить ту же схему. «Если ИИ сделает с работой «белых воротничков» то же, что глобализация сделала с работой «синих воротничков», нам нужно будет противостоять этому напрямую», - предупредил он. Десятилетиями элиты защищали систему простым аргументом: экономика растёт, ВВП растёт, рынки расширяются, значит, большинство в итоге выиграет.
Теперь этот аргумент, по его мнению, перестал работать. Рост индексов не превращается автоматически в ощущение уверенности в завтрашнем дне для широких слоёв населения, а накопленное богатство концентрируется так, что начинает подрывать устойчивость общества. Но теперь удар может прийтись не по промышленному рабочему классу, а по офисным профессиям. Но, если глобализация вызвала политический кризис потому, что реальные потери оказались локализованы в конкретных слоях и территориях, да и там эти потери были восприняты как предательство со стороны элит, то, если ИИ начнёт вытеснять «белых воротничков», политический риск станет значительно выше. Речь пойдёт о слоях, которые составляют основу управленческого аппарата, медиа и сервиса, то есть о социальной опоре Запада. Поэтому, нет уверенности, считает он, что руководители западных стран смогут удерживать старую модель прежними методами и оформить новый общественный договор так, чтобы технологический скачок не превратился в политический взрыв.
Новую ситуацию констатировал и премьер-министр Канады Марк Карни, который заявил: «Давайте говорить прямо. Мы переживаем разрыв, а не плавный переход». Иными словами, прежний, основанный на правилах, мировой порядок закончился, и никакого мягкого транзита к новой системе не предвидится. По его мнению «великие державы больше не придерживаются даже видимости следования общим правилам, преследуя лишь собственные интересы».
Рост неустойчивости отметила и генеральный директор ВТО Нгози Оконджо-Ивеала, заявив, что «в сфере мировой торговли произошли самые серьезные потрясения за последние 80 лет». В связи с текущей политической конъюнктурой она призвала бизнесменов и политиков «проявить хладнокровие» и «не реагировать сразу» на то, что происходит.
Бенефициаром Давоса 2026, безусловно, стал Дональд Трамп. Отмечу, что именно его стратегия «Make America Great Again» и запустила отмеченный процесс слома прежней системы международных отношений и мировой экономики и торговли, основанной на принципах свободного движения товаров, капиталов и идей. Политика протекционизма и торговых войн, а также захвата ресурсов других государств (Венесуэла, Гренландия), выход из международных организаций и т.д. демонстрируют расхождение его подхода с европейскими призывами к многостороннему сотрудничеству, поиску компромисса и консенсуса. И в своем выступлении в Давосе Трамп еще раз дал понять, что он и далее намерен придерживаться этого подхода. В отличие от Брюсселя, который, судя по всему, еще не осознал того факта, что тот мировой порядок, в котором ранее и возник Евросоюз, стремительно распадается, он показал, что США активно пытаются выстроить новый порядок на практике. Вопрос Гренландии ими практически решен, «Совет мира» создан. Причем, как стало ясно из его выступления в Давосе, США хотят не просто доступа к гренландским базам, принадлежащим Дании, как это предусмотрено договором между ними и Данией от 1951 г., а намерены получить их на постоянной основе под своим контролем. Кроме того, Трамп намерен заключить с Данией соглашение, которое ограничит права других государств, не входящих в НАТО, на добычу редкоземельных минералов Гренландии. В качестве пряника Трамп пообещал, что «Совет мира» не заменит ООН. Но указал, что США и далее намерены проводить активную политику, которая призвана обеспечить американское лидерство на глобальном уровне. И с этой точки зрения наведение порядка в отношениях с Европой и обеспечение стратегических позиций благодаря Гренландии - это, вероятно, только первые шаги.
На таком фоне «белым пятном» смотрелось руководство Европы, которое планировало провести нынешний Давос по собственному сценарию, сконцентрировавшись на решении украинского кризиса. Но на нынешнем Давосе европейские делегации увидели не попытку восстановить партнерство со стороны Трампа, а подтверждение кризиса в их отношениях. На таком фоне, как отметило издание Politico, даже отказ Трампа от применения военной силы в решении гренландской проблемы не был воспринят как жест доброй воли, а скорее как временное отступление под давлением союзников. Большинству участников стало ясно, что прежние правила игры больше не работают. Вместо них наступил этап поиска новых соглашений, коалиций по интересам и механизмов адаптации к изменившимся условиям. И вот на таком фоне президент Франции призвал участников к уважению и соблюдению законов. А, отмечая перемены, глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен заявила, что обстоятельства вынуждают строить самостоятельную Европу.
Однако тенденции таковы, что ЕС придется примириться с тем, что он больше не младший партнер, а вассал. И Трамп усилил это впечатление, заявив, что некоторые части Европы стали «неузнаваемыми» в негативном смысле, обрушившись на них за их миграционную и экономическую политику, что, по мнению Guardian, окончательно разрушило иллюзию «возвращения к нормальности» в трансатлантических отношениях.
